Суздаль. Июнь. Жара

13

Стоял погожий, жаркий летний день. На небе, наверное для того, чтобы оно не казалось совсем уж простоватым в своём пронзительно синем одеянии, плавали симпатичные небольшие кучевые облачка, временами создававшие небольшую кратковременную тень для смягчения жара палящего солнца.

Дорога не доставляла никаких проблем — на всём протяжении до Суздаля была свободной. Во Владимирской области за окнами автомобиля вообще открылись пасторальные пейзажи: речки, озёра, поля с молодыми всходами, леса и перелески, одетые в молодую кудрявую листву. Каждая травинка и каждый листок наперебой тянулись к весеннему, жаркому светилу, радуясь молодому лету и светлому дню. Всё в начале лета казалось свежим, ярким, радующим глаз!

В отличном настроении мы не заметили, как доехали до Суздаля.

Вот мы и в Суздале. Город встретил нас запахом цветущей липы, свежескошенной травы и благостной атмосферой провинциального городка.

Панорама Суздаля

Поселились мы в симпатичном домике

В снятом домике

В снятом домике

совсем недалеко от суздальского туристического комплекса напротив старообрядческих церквей: Косьмы и Дамиана и Воздвижения Креста Господня.

Старообрядческие церкви

Если пройти по берегу Каменки в сторону центра города, совсем недалеко расположен Спасо-Ефимиев монастырь, впечатляющий своими мощными стенами, утвердившимся на берегу реки.

По городу течёт речка Каменка

Туда мы первым делом и направились, чтобы познакомиться с интересной историей древнего города и его монастыря.

Выйдя на улицу, мы очутили атмосферу, совершенно отличную от атмосферы больших городов-мегаполисов, к которой мы уже, к сожалению, в своей жизни привыкли. Здесь была та атмосфера, которой мы дышали в далёком детстве, гостя у своих бабушек на летних каникулах в деревне: атмосфера беззаботности и какого-то безрассудного счастья, которое переживаешь только в детстве.

На улицах мы проходили мимо простых, но милых домиков, переходили мостик через реку, ну совсем как в деревне из нашего детства!

В Суздале

Но вот и сам Спасо-Ефимиевский монастырь. Его окружают мощные стены, недаром многие, не сведующие туристы путают его с Суздальским Кремлём. Стены действительно мощные; они протянулись на 1160 метров, имеют 12 башен и поднимаются в высоту до 8,5 метров. Особенно эфектно они смотрятся со стороны реки. Может сложиться впечатление, что стены эти выдержали не одну оборону, однако это не так, строительство стен происходило в 1660–1664 годах, когда монастырь уже утратил своё оборонное значение.

В XX веке стены монастыря совсем обветшали. И в 2003 году началась уникальная реставрация, благодаря которой укрепления удалось спасти. В фундамент для заполнения пустот закачивался специальный раствор, стены скрепили металлическими связями. Были восстановлены шатровые завершения башен, галереи боевых ходов, кирпичная кладка и отделочная обмазка стен.

На входе в монастырь нас встретила проездная башня с двумя киотами, в которых установлены иконы Христа Спасителя и святого Евфимия Суздальского.

Ворота монастыря с надвратной Благовещенской церковью

Мощь этой башни высотой 22 метра сглажена нарядным декором — суздальским узорочьем. Внутри находятся кассы музея и книжная лавка.

Пройдя через проездную башню, мы оказываемся на огромной монастырской территории. Справа за невысокой оградой — Аптекарский огород, где монахи выращивали лекарственные растения. За ним — фруктовый сад. Растениеводство было одним из видом монашеского послушания. В наши дни Аптекарский огород и сад воссозданы заново. Здесь произрастает более 70 видов лекарственных трав, плодовые и ягодные деревья и кустарники. Рядом с ними у крепостной стены находится детская площадка.

Чтобы пройти далее на территорию монастыря, надо пройти надвратную Благовещенскую церковь, построенную в XVI–XVII веках. В XVI веке это были главные ворота монастыря, но в последствии территория его была расширена. Сегодня в церкви

Ворота монастыря с надвратной Благовещенской церковью

сохранилась роспись XIX века.

С левой стороны на территории монастыря находится Успенская трапезная церковь, предположительно построенная около 1525 года. Это один из самых ранних памятников шатровой архитектуры в истории древнерусского зодчества.

Шатровая Успенская церковь

Когда проходишь ворота монастыря, оказываешься на красивой, благоустроенной территории. Видно, что вся эта красота поддерживается умелыми, заботливыми руками.

На территории монастыря

Рядом с Успенской трапезной церковью возвышается многоглавая махина Спасо-Преображенского собора, построенного в 1594 году. Первоначально это был небольшой деревянный Спасский храм, поставленный над могилой Евфимия Суздальского. В 1507 году старую церковь разобрали по причине ветхости и малых размеров и начали возводить собор, который спустя несколько десятилетий был включен в новый собор в качестве Евфимиевского придела. Своими геометрически ясными формами и многоглавием он напоминал собор Рождества Богородицы в Суздальском кремле.

В храме уцелели фрески 1689 года работы Гурия Никитина, известного своими росписями Троицкого собора Данилова монастыря в Переславле-Залесском, Архангельского собора Московского Кремля, церкви Воскресения в Ростовском кремле, церкви Ильи Пророка в Ярославле, Троицкого собора Ипатьевского монастыря в Костроме и др. Мастер умер в 1691 году и фрески Спасо-Преображенского собора — последняя или одна из последних работ иконописца.

Росписи Спасо-Преображенского собора

Своды храма покоятся на четырех столпах. Росписи в сводах, парусах и главах изображают Церковь Небесную — «Отечество», архангелов, праотцов, евангелистов и апостолов. На столпах изображены святые, в том числе владимирские князья и «державные персоны» дома Романовых. Тема росписей алтаря — «О Тебе, Благодатная, радуется каждая тварь, ангельский собор и человеческий род». Роспись стен повествует о земной жизни Спасителя, нижний ярус посвящен деяниям апостолов.

Артели иконописцев обычно подписывали свои работы в храмах. Вот и художники Гурия Никитина оставили свой «автограф»

Автограф иконописцев

Ну и прекрасным завершением знакомства со Спасо-Преображенским храмом стало исполнение молитвы монахами монастыря.

Исполнение молитвы в храме

В приделе святого Евфимия находится мозаичная деталь «Спас на троне», которая первоначально находилась над входом в мавзолей Пожарских. Сам мавзолей находится с восточной стороны храма.

В прошлом у алтаря Спасо-Преображенского собора находилась родовая усыпальница князей Пожарских и Хованских — усердных вкладчиков обители. В 1858–1885 годах на народные пожертвования над могилой князя Дмитрия Пожарского (1578–1642) был возведен резной мраморный мавзолей с мозаичным панно с образом Спасителя. Проект был выполнен архитектором, профессором Академии художеств А. М. Горностаевым. В 1933 году эту постройку разобрали.

К 2009 году по сохранившимся чертежам и фотографиям мавзолей воссоздали поблизости от прежнего места. В усыпальницу ведет бронзовая дверь с барельефом. Над могилой Пожарского установлен резной крест. Рядом с ним — чудом уцелевший фрагмент фасада старого мавзолея Д. М. Пожарского. В Спасо-Преображенском соборе находится оригинал мозаики. А на воссозданом мавзолее — копия, т. к. воостановленная конструкция мавзолея не выдержала бы вес фрагмента с оригинальной мозаикой.

Мавзолей князей Пожарских

Невдалеке от мавзолея Пожарских возвышается монастырская звонница.

Звонница монастыря

Сначала здесь была выстроена в 1530 году девятигранная столпообразная церковь Рождества Иоанна Предтечи. В 1599 году к ней пристроили ярус звона, представляющий собой арочный пролет на подклете. В 1691 году к нему были добавлены еще два арочных пролета. На звоннице находились 17 больших колоколов, пожертвованные боярами Черемисиновым и Пожарским. Вес самого большого колокола достигал 560 пудов (9172,8 кг).

Звон был особенный, «очепный». Раскачивали не язык колокола, а его тулово, жестко соединенное с деревянным валом, подвижно установленным в стенах. К валу крепили длинный шест (очеп), а к нему — длинный ремень, за который дергали снизу. После революции многие колокола погибли. В 1980-х годах звон восстановили.

В наши дни в начале каждого часа на звоннице проходят концерты колокольных звонов. Начало этой традиции в наше время было положено бывшим киномехаником монастыря Юрием Юрьевым. Этот замечательный энтузиаст «заставил» колокола монастыря снова «говорить» особым суздальским звоном.

На звоннице нахадятся и часы, циферблат которых имеет не цифровые, а буквенные обозначения, а вместо часовой и минутной стрелок — одну часовую.

В дальнем углу территории монастыря находятся тюремный корпус и экспозиция «Золотая кладовая», в которой представлены произведения прикладного церковного искусства из драгоценных металлов и камней. Здесь собраны украшения, шитье, вышивка, серебряная утварь, книги. Коллекция богатая, более 500 экземпляров. Многие предметы являются шедеврами — и по технике исполнения, и по исторической ценности.

Начинается экспозиция древними украшениями, найденными во время раскопок.

Украшения в Золотой кладовой

Здесь также можно увидеть уникальные резные каменные иконы и камеи работы византийских мастеров.

Богатейшим является собрание лицевого (сюжетного) и орнаментального шитья XVI — XVII вв.

В основном это сохранившиеся вклады в церкви и монастыри. Каждый шитый предмет имел свое применение. Это покровы на раки с мощами, подвесные пелены, подвешивающиеся под иконами, покровцы и воздухи, которыми накрывали священные сосуды — потиры и дискосы. Существовали шитые иконостасы и отдельные шитые иконы. Лицевым и орнаментальным шитьем украшали детали священнических облачений: саккосы, фелони, стихари, епитрахили, поручи и так далее.

Шитьем занимались, можно так сказать, все женщины Древней Руси. До нас дошло много документов, подтверждающих занятие вышивкой («живописью иглой») представительниц самых знатных родов. В создании вышивок участвовали профессиональные художники. «Знаменщики» наносили рисунок центральной сюжетной композиции. Художник «травник» рисовал узор, а художник «словописец» прорисовывал «слова». Однако достоинство вышитого произведения определялось талантом и мастерством вышивальщицы.

В экспозиции находится покров с изображением святой Ефросинии Суздальской, дочери князя Михаила Черниговского, выполненный в первой половине XVI в. мастерской Соломонии Сабуровой. Великая княгиня Соломония Сабурова, жена князя Василия III, была заточена в суздальский Покровский монастырь.

Со второй половины XVI столетия используемые швы усложняются, шире применяются золотные и серебряные нити, имитируются вышивкой узоры драгоценных тканей, ввозившихся на Русь из стран Западной Европы и Востока. Для украшения стали широко использовать драгоценные камни и особенно жемчуг, а также полудрагоценные камни и стекла.

Так выглядит часть экспозиции с покровами на гробницы епископов суздальских Иоанна (1352, епископ суздальский; ум. 1373) и Феодора (прибыл в 990 году из Царьграда для распространения христианства; ум. 993 г.), шитых во второй половине XVI века княгиней Евдокией Старицкой, сын которой был двоюродным братом Ивана Грозного. Она была пострижена в монахини и находилась в женском Покровском монастыре Суздаля.

В конце XVI века самой известной становится мастерская Ирины Федоровны Годуновой, жены царевича Фёдора Иоанновича. В экспозиции «Золотой кладовой» имеется покров на гробницу Козьмы Яхромского (ум. 1492) работы этой мастерской. На этом покрове вышит живописный позём, на котором на зеленом светлом поле вышиты травы и цветы.

С конца XVI столетия вышитые изделия становятся все ярче и декоративнее. Надпись по каймам покровца похожа на раму картины.

В Золотой кладовой также можно увидеть вклады в монастырь богатых и именитых граждан.

Тюремный корпус отделён от монастырской территории стеной. В 1766 году по распоряжению Екатерины Великой здесь была открыта тюрьма «для безумствующих колодников», в которой содержались лица духовного и светского звания. В 1829 году по распоряжению императора Николая I в. тюрьму стали ссылаться только лица духовного звания.

Узниками тюрьмы были декабрист Федор Шаховской,

Памяти декабриста Федора Шаховского

скончавшийся в 1829 году и похороненный на тюремном кладбище, монах-предсказатель Авель, высказавший удивительные предсказания о судьбах членов царской семьи, живших при нём и родившихся в будущем,

скончавшийся здесь в 1841 году, старообрядческие священнослужители — Алимпий, Аркадий, Конон, Геннадий, лидер секты прыгунов Максим Рудомёткин, старообрядец Фёдор Ковалёв, архангельский благотворитель Василий Рахов, основатель движения чуриковцев Иван Чуриков и другие. Многие заключенные провели в заточении не один десяток лет.

Впервые о существовании тюрьмы в Спасо-Евфимиевом монастыре рассказал А. И. Герцен в романе «Былое и думы»:

»Теперь больше в этом монастыре нет политических арестантов, хотя тюрьма и наполнена разными попами, церковниками, непокорными сыновьями, на которых жаловались родители, и пр. Архимандрит, плечистый, высокий мужчина, в меховой шапке, показывал нам тюремный двор. Когда он взошел, унтер-офицер с ружьем подошел к нему и рапортовал: «Вашему Преосвященству честь имею донести, что по тюремному замку все обстоит благополучно, арестантов столько-то». Архимандрит в ответ благословил его. Что за путаница!»

В 1905 году по высочайшему указу императора Николая II последние узники тюрьмы были освобождены.

В 1923 году в Спасо-Евфимиевом монастыре был открыт лагерь для «перевоспитания» идейных противников, который находился в ведении ОГПУ (с 1934 года — НКВД). В 1935 году он был преобразован в тюрьму особого назначения НКВД. Помимо тюремного корпуса, заключенных размещали в «белом корпусе» — здании бывших монастырских келий. «Суздальская бастилия» известна меньше, чем Соловки, но она была не менее страшна. По воспоминаниям заключенных в ней, «внутренняя тюрьма на Лубянской площади кажется раем».

Среди узников «Суздальской бастилии» были ученые с мировым именем: экономист, автор теории экономических циклов Николай Дмитриевич Кондратьев (1892–1938), биолог Алексей Григорьевич Дояренко (1874–1958). Через Суздальский политизолятор прошли митрополит Петр Крутицкий (1862–1937), епископ Александр Боярский (1885–1937), экономист Леонид Юровский (1884–1938), коммунистические и комсомольские деятели Владимир Невский (1876–1937), Мартемьян Рютин (1890–1937), Лазарь Шацкин (1902–1937), Иван Смирнов (1881–1936) и другие.

В 1940–1941 году политизолятор был преобразован в фильтрационный лагерь для интернированного Чешского легиона, с 1943 года — лагерь для военнопленных. Здесь провел несколько месяцев фельдмаршал Фридрих Паулюс, находились итальянские офицеры, принимавшие участие в битве под Сталинградом и другие.

В 1946 году лагерь был вновь преобразован, на этот раз в детскую колонию при МВД, в которой сначала содержались мальчики, а потом — девочки. В 1961 году её посетил первый космонавт Юрий Гагарин. В наши дни в бывшем Тюремном корпусе размещена огромная экспозиция, которая знакомит с трагической историей Суздальской тюрьмы.

В 1965 году у стен монастыря Андрей Тарковский начал снимать свой замечательный фильм «Страсти по Андрею», где в восьмой новелле «Колокол, 1423 г.» показал город Суздаль. Неожиданно мы обнаружили продолжение этой истории на территории суздальского туристического комплекса, возле которого мы жили. Здесь установлен памятник этому фильму.

Памятник фильму "Андрей Рублев"

А ещё мы вечером попали на концерт, посвящённый открытию туристического сезона в Суздале. К сожалению, я был без фотоаппарата, поэтому здесь снимки, сделанные на следующий день. Было очень классно присутствовать на этом концерте местных коллективов, временами охлаждаясь в чистых водах реки Каменки.

Открытие туристического сезона в Суздале

Прощались мы с городом в Ризоположенском монастыре. Поднявшись на колокольню монастыря, любовались панорамой старинного города и его окрестностей.

Из Суздаля мы заехали в село Кидекша. Но про это село я напишу в продолжении рассказа.

Ссылка на источник

Читайте также

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Solve : *
22 − 4 =